В мечту. Оковы одной души - Юлия Коковина

Бесполезно. Все бесполезно. Она потратила столько сил, и все напрасно.

– Откройся, – прошептала Лита, одной рукой продолжая дергать ручку двери, а другой – нажимать на кнопки. Ее охватило чувство, возникающее обычно у людей, которые осознают напрасность своих действий, однако по инерции продолжают их. – Откройся. Откройся. Да откройся же ты!!!

В порыве бессильной ярости Лита со всей силы ударила ладонью по кнопкам и неожиданно для себя разрыдалась. Ее переполняли злость, желание бросить это все к чертовой матери, чувство пустоты и напрасности потраченных сил. Зачем она все тут обшаривала? Зачем вообще заинтересовалась Золсером и встретила его жителя? Зачем все это было?!

– Все, хватит с меня! – зло крикнула Лита двери. Железная поверхность равнодушно отразила ее голос. – Достало! Ненавижу ваш Золсер с его дурацкими входами-выходами, кому вообще такая идея в голову взбрела! Все, надоело!

Лита еще раз ударила ладонью по кнопкам, и та отозвалась тупой болью.

И…

Тук-тук.

Лита вздрогнула. Ее тело вдруг сдавила какая-то мощная сила. Однако сдавила ласково, бережно, и сила была такой же трепетной и осторожной – словно Литу взял в ладони добрый великан. Зрение затуманилось. Лита потеряла ощущение собственного тела, она будто вновь оказалась в межмировом пространстве – вот только окружала ее не синева, а золото.

Тук-тук.

В ушах раздавался стук сердца – такой сильный, что Лита почти физически ощущала его. Словно добрый великан на этот раз прижал ее к своей груди, и она чувствовала, как та размеренно содрогается от этого звука.

Лита?

Этот голос, прозвучавший у девушки в голове, был похож на голос перемещателя – такой же неуловимый, беззвучный, почти смешивающийся с ее мыслями. Однако если голос ПВМ был сух и невыразителен, то этот напоминал ветер – теплый, весенний, ласково дующий в сознании Литы и шепчущий тихие слова.

Твои мысли говорят: «Да». Ичика просил меня пустить тебя в Золсер.

Ветер словно бы заполнил все сознание Литы, осторожно ощупывая и изучая его.

Я пускаю тебя. Ты попадешь в мир той игры, где сейчас находится Ичика. Не бойся умереть, я защищу тебя. Бойся лишь проиграть.

И все кончилось.

Лита пошатнулась, резко обретя чувство собственного тела. Сдавливающая ее сила исчезла, легкий ветерок неизвестного голоса – тоже. Она стояла, опираясь рукой на кнопки домофона, потрясенная, растерянная и непонимающая. Что это было? Неужели?..

Домофон тоненько запищал, вырывая Литу из своих мыслей.

Девушка тупо уставилась на дверь, не до конца осознавая, что происходит. Домофон. Запищал. В «коридоре», где нельзя ничего сдвинуть, в том числе и нажать на кнопки, набирая код, чтобы домофон запищал, оповещая об открытии двери.

Писк не прекращался, нудно продолжая свою песню и вызывая ассоциации с кардиограммой, отслеживающей остановившееся сердце.

Сердце…

Лита осторожно, боясь поверить, потянула за ручку двери.

Дверь неохотно, словно делая одолжение, открылась. Писк тут же смолк.

Сердце. Ее пустило Золотое Сердце, которое попросил Ичика. Пустило к порталу.

Неужели она все-таки?..

Медленно, по-прежнему не веря, Лита сделала шаг вперед и оказалась в проеме. Снова шаг – подошва сапога коснулась пола подъезда.

И его не оказалось. То есть пол был – Лита рассмотрела его разноцветные, красно-желтые, кое-где выщербленные плитки. Но лишь их видимость. Она провалилась сквозь них и, крича от страха, полетела в черноту, наполненную множеством золотистых искр.

Глава 5

Золсер

Лита висела в пустоте, чувствуя себя так, будто она только что проснулась и хорошенько выспалась. Ее переполняли силы, хотелось вскочить, куда-нибудь пойти, что-нибудь сделать. Почему-то пустота вокруг нее совсем не пугала, однако находиться здесь все же не хотелось. Лита дернулась.

«Начать игру?»

Снова голос в голове; не слишком ли их много звучало у нее там? На этот раз вполне отчетливый: женский, приятный, немного с компьютерными интонациями. Сразу вызывающий ассоциации с компьютерными же играми.

Лита знала этот голос. Точнее, читала о нем в «Играх одного сердца». И, соответственно, знала, что делать.

– Да, – произнесла она. Ее голос прозвучал глухо и тут же растворился в пустоте, не оставив ни отголоска эха.

Пространство вокруг начало светлеть, принимать форму, из него выступили знакомые очертания. Вскоре Лита поняла, что стоит в пещере. Над ее головой нависал покатый каменный потолок, светлый и шершавый на вид, пол же был земляной – утоптанный и твердый. Перед Литой находился выход, сквозь который она видела кусок темно-синего, явно вечернего, неба и… двухцветную траву. Девушка удивленно моргнула и присмотрелась. Да, все верно. Сердцевина каждой травинки была нежно-зеленой, края же – серебристыми, словно припорошенные снегом.

А еще Лита, ощутив странную легкость своего тела и оглядев себя, поняла, что ее пуховик, да и вся остальная одежда исчезли. Вместо этого на ней оказались надеты майка и шорты светло-голубого, почти белого цвета и легкие сандалеты. На поясе висел маленький и такой же светло-голубой мешочек, горловина которого была стянута белым шнурком. В мешочке явно что-то лежало: его бока топорщились от чего-то острого, а сам он, хоть и немного, оттягивал пояс. На правом запястье Лита обнаружила непонятный серебристый овал размером с пол-ладони. Он крепился непосредственно к коже; пощелкав по нему и пошатав, девушка убедилась, что держится овал крепко.

Золсер. Это Золсер. Один из его бесконечных игровых миров.

Лита почувствовала, как губы начали сами собой растягиваться в радостной улыбке. Ее переполнило счастье, захотелось закричать на всю пещеру: «Есть!» и подпрыгнуть как можно выше. Наконец-то! Наконец-то она здесь!

– Ура, – прошептала Лита и невольно оглянулась: точно ли тут нет никого? Точно за ней никто не следит? – Ура, – повторила она громче и увереннее и вдруг, испытав пик восторга, все-таки подпрыгнула и закричала: – Ура!!! Я это сделала! Наконец-то!

Эхо отразилось от стен пещеры и разнеслось по ней, на разные лады повторяя радостный возглас. Вдруг смутившись, Лита покраснела и невольно сжалась. И зачем она это сделала? Как ребенок маленький, честное слово. А вдруг кто-то все же услышал?

«Ладно. Пора выходить отсюда».

Насколько Лита поняла, она сейчас находится там, где играет Ичика. При мысли об этом она ощутила облегчение: значит, он благополучно воскрес, и с ним все в порядке. То есть она вступила к нему в группу, можно сказать… Интересно, есть ли тут другие игроки? А, точно, даже если и есть, она их не увидит – здесь работал тот же принцип, что и с «коридорами», для каждого создавалась отдельная копия. Если, конечно, жители Золсера не специально шли играть с в группе. Или если в группу не объединяло Золотое Сердце.

Лита глубоко вдохнула, подавляя смущение, и медленно направилась к выходу из пещеры. Сердце забилось быстрее, ее переполнила смесь неуверенности, капельки недоверия («неужели я и правда здесь?»), маленького страха и довольно большого любопытства. Что там? Что она увидит?

Лита вышла из пещеры.

Она оказалась на холме, с которого ей открывался вид на огромную равнину, утопающую в прозрачно-синем вечернем свете. В первую секунду девушке показалось, что та покрыта тонким слоем инея, но потом поняла: такое впечатление создавала серебристо-зеленая трава. Вдали возвышались темные горы, такие высокие, что, казалось, они впивались верхушками в небо, к ним же, пересекая равнину, текла река. Лита почти ожидала увидеть на водной глади серебристую лунную дорожку, однако таковой не было. Было множество лунных дорожек. Белых, желтых, зеленых, и еще множества цветов, они дрожали на воде и превращали реку в нечто фантастическое.

Лита изумленно вскинула голову вверх и тут же вздрогнула: на секунду ей показалось, что она смотрит на межмировое пространство. На темно-синем небе, среди серебристых точек звезд, горела россыпь множества лун самых различных размеров и цветов. Крошечные, просто маленькие, средние, большие, гигантские. Желтые, голубые, белые, фиолетовые, зеленые сиреневые. Всего двенадцать. Двенадцать разноцветных сияющих кругов на темно-синем небе, в обрамлении звездных огней. Яркие, безмятежно-тихие, ласкающие равнину нежным светом. Прекрасные.

Лита опустила взгляд: у нее закружилась голова, тело вдруг охватила слабость. Собрание лун было так красиво и так невероятно, что разум никак не мог поверить в то, что это небо реально. Да и не только небо: и равнина с серебристо-зеленой травой, и переливающаяся множеством цветов речная вода, и прозрачно-вечерний свет, и даже горы на горизонте. Вообще этот мир. Лита ощущала себя изнывавшим от жажды человеком, который встал под водопад и раскрыл рот, и мощный поток живительной влаги хлынул в него, сбивая с ног. Много, слишком много за раз…